3df4ac0f     

Полякова Татьяна - Я - Ваши Неприятности



Я - ВАШИ НЕПРИЯТНОСТИ
Татьяна ПОЛЯКОВА
- Осень в Италии, - заливалась соловьем тетка Серафима, - Рим, собор святого Марка, Колизей...
- Пизанская башня, - подсказала я.
- Точно. А она где?
- Должна быть в Пизе. Хотя, может, и нет.
- А в Париже какая?
- Эйфелева.
- Тоже неплохо. Но я хочу в Италию. Осень в Италии - это так романтично. - Она мечтательно вздохнула, а потом добавила:
- Ну?
- Что “ну”? - Я сделала вид, что не понимаю, куда она клонит.
- Мы едем в Италию? - капризно спросила тетка Серафима.
С моей точки зрения, делать в Италии мне совершенно нечего. Я с трудом переношу самолеты, не говорю по-итальянски и ненавижу экскурсии. У меня друзья в Тбилиси, а мама в Риге, чем не заграница?
- Далась тебе Италия, - робко начала я, заведомо зная, что против тетки мне не устоять. - Я вообще-то к своим думала...
- Ты ж в июне была, на мамулин день рождения.
- Ну и что? Я скучаю. К тому же, Рига - красивый город.
- Подумаешь, Рига. Только и хорошего в этом городе то, что там родились два замечательных человека.
- Первый - это я. А кто второй?
- Второй, деточка, твоя тетя.
- Такого счастья город не выдержит...
- Подожди, они мне еще памятник поставят, - уверенно заявила тетка.
- За что? - хмыкнула я, прикидывая, как бы половчее отделаться от Серафимы.
Каждый год я пытаюсь проделать этот фокус, впрочем, без особого успеха. Сколько, себя помню, отпуск, а раньше - каникулы мы проводили вместе. Боюсь, это стало незыблемой традицией.

Тетка Серафима - младшая сестра моей мамы, разница в возрасте у них исчисляется пятнадцатью годами. Когда маме исполнилось восемнадцать, а Серафиме соответственно три, они осиротели, в один день лишившись отца, матери и бабушки в результате дорожной аварии.

Маме пришлось заменить Серафиме родителей. Я же воспринимала Серафиму как старшую сестру, разница в возрасте была невелика, а теткой называла из вредности. Мы дружим с детства, и я ее очень люблю.

Беда в том, что Серафима вечно что-нибудь выдумывает. То потащит меня на Камчатку, любоваться гейзерами и вулканами, то на Алтай конным маршрутом (об этом отпуске я по сию пору вспоминаю с душевным трепетом), то ей позарез нужна Сибирь и Саянские столпы.

Конечно, все это очень здорово, но все дело в том, что я ужасно ленива. Лучший отдых для меня - валяться на диване с хорошей книгой, пить чай с лимоном и воображать себя в роли Марии Стюарт. Шиллера наш театр не ставит, но я не теряю надежды.
- Ну? - повторила Серафима сурово. Я вздохнула и ответила:
- Поехали. - Голос звучал жалко, я в очередной раз мысленно упрекнула себя в отсутствии характера. Не мечтать мне о Марии Стюарт.
- Чего-то я энтузиазма не наблюдаю, - еще больше посуровела Серафима.
- Я пока не осознала всей прелести, - попробовала я оправдаться.
- Осознаешь. Мы тебя там замуж выдадим за итальянского графа или герцога. Будешь играть в “Ла Скала”.
- В “Ла Скала” поют.
- А ты сыграешь. Знаешь, что все в жизни решает? Правильно, деньги. Так что сыграешь.
- А я где-то читала, что итальянские аристократы бедны, как церковные мыши.
- А мы миллионера отыщем, он купит титул и сделает тебя графиней. Один свободный миллионер в Италии найдется, страна немаленькая. Считай, ты уже аристократка.

С такой-то красотищей это плевое дело.
- Конечно, - лениво согласилась я. По мне, так лучше выглядеть как Фаина Раневская, само собой, при этом имея ее талант. Думаю, талант у меня есть, жаль только, не многие стремятся его лицезреть. Конечно, мне грех жаловаться, в родном театре я занята почти во



Назад