3df4ac0f     

Полынская Галина - Король Ветра



ГАЛИНА ПОЛЫНСКАЯ
КОРОЛЬ ВЕТРА
Мамочке и бабушке, с безграничной любовью и уважением, я посвящаю эту
книженцию!
Глава первая
Первая лошадь в моей жизни появилась у меня в четырнадцать лет.
Однажды утром отец привез маленького пони двухлетку. Пони был коричневым и
плюшевым, как игрушечный медвежонок, с длинной растрепанной челкой и крутым
нравом. Крошка-лошадка, скорее всего, была твердо уверена, что в её жилах
течет дикая кровь арабских скакунов, и он вытворял все, на что мог быть
способен норовистый конь: брыкался, кусался, становился на дыбы в самую
настоящую "свечку", носился по лужайке так, что из-под его копыт летели
комья земли вместе с аккуратно подстриженной травкой; он фыркал, похрапывал
и даже пытался бодаться. Я с удивлением наблюдала за этим
светопреставлением из окна дома - насколько я знала, пони мирные,
флегматичные существа.
Вскоре крошка немного подустал и остановился, не выпуская, однако, из
поля зрения отца и тихо стонущую от ужаса маму, и я решила, что пора бы с
ним познакомиться. Я вышла из дома и спустилась к ретивому скакуну.
- Не подходи к нему, Ирис! - крикнула мама. - Он опасен!
- Дочка, - предупредил отец, - осторожнее!
Пони смотрел на меня большими, красивыми шоколадными глазами из-под
растрепанной челки и в этих глазах так и прыгали бесенята. И я поняла, что
мы обязательно подружимся.
- Привет, - сказала я, подходя к нему поближе, - меня зовут Ирис, а
тебя, скорее всего, будут звать Гром.
Пони чихнул и переступил с ноги на ногу. Я подошла к нему и погладила
жесткую, упрямую, как и он сам, гриву. Малыш стоял смирно, продолжая меня
изучать, а потом вдруг ткнулся бархатной мордочкой в мою ладонь, выпрашивая
чего-нибудь вкусненького. Маленький Гром выбрал себе хозяйку и с этого
момента только я могла с ним справиться, поэтому все заботы о строптивце
легли на мои плечи, и они мне были не в тягость. Я часами могла заплетать
его гривку в косички, подравнивать челку, делать начес, укладывая, как
заправский парикмахер, в общем, мой Гром всегда щеголял причесанным по
последней моде.
- Поразительно, - говорила, бывало, мама, глядя как я вожусь со своим
закадычным плюшевым другом, - как она умудрилась так его приручить?
- Умеет найти подход к лошадям$ - улыбался отец, - это редкий дар.
Я этот разговор слышала, собой погордилась и вскоре забыла, даже не
подозревая, какую роль в последствии сыграют лошади в моей жизни.
* * *
В Австралию родители привезли меня ещё в бессознательном возрасте.
Отец, преподаватель МГУ, ехал работать по контракту, да так и остался в
кенгуриной стране со мной и мамой. Со временем они купили небольшой домик в
спокойном зеленом пригороде Сиднея, и с самого детства два языка - русский
и английский, стали для меня родными. Родители не позволяли мне забывать,
откуда я родом, куда тянутся мои корни. Хоть мы и не поднимали каждое утро
российский флаг на лужайке перед домом, я всегда знала и чувствовала - я
русская и гордилась этим.
Отец обожал лошадей и даже мечтал иметь собственную маленькую конюшню
на пару стойл. Грома он купил в частном разорившемся зооцирке, не в силах
устоять перед человеческим, умудренным глубоким жизненным опытов взглядом
шоколадных глаз. В зооцирке пони продемонстрировал себя с самой наилучшей
стороны, проявив свою истинную сущность только оказавшись у нас дома. Но,
невзирая на все его выкрутасы, мама с папой любили лошадку, хоть и
предпочитали делать это на расстоянии.
Если к Грому решался подойти кто-нибудь кроме меня, в



Назад