3df4ac0f     

Полякова Татьяна - Жестокий Мир Мужчин



ЖЕСТОКИЙ МИР МУЖЧИН
Татьяна ПОЛЯКОВА
Звонок поднял меня в час ночи. Я села в постели, провела по лицу ладонями, включила ночник и уставилась на телефон. Тяжело вздохнула, уже зная, звонивший весьма настойчив и не угомонится до тех пор, пока я не сниму трубку.
Я отбросила одеяло, сунула ноги в тапочки, прошлась до окна и обратно, косясь на телефон, он звенел с равными интервалами и явно не собирался заткнуться.
"Отключить бы его к чертовой матери", - подумала я и пошла в кухню искать сигареты.
Потом долго шарила по столу в поисках спичек, закурила, глядя в окно и слушая, как надрывается телефон.
- Настырный, сукин сын, - усмехнулась я.
Звонки уже по-настоящему действовали на нервы. Телефон на ночь следует отключать, этот тип всегда звонит ночью. Или под утро...

Отключить, конечно, можно, но где гарантия, что он оставит меня в покое и не станет, к примеру, звонить в дверь, а может, придумает еще что-нибудь затейливое, чтобы сделать мое существование невыносимым. Телефон, по крайней мере, привычнее.
Я вернулась в комнату, еще раз вздохнула и сняла трубку.
- Я тебя не разбудил? - поинтересовался мужской голос.
Отвечать я не собиралась. Я просто слушаю этого идиота и никогда не произношу ни слова.
- Извини, если позвонил не вовремя. - В его голосе прозвучала откровенная издевка.
Я стала рассматривать фотографию на стене, это позволяет отвлечься и не обращать внимания на его слова. Впрочем, особенно разговорчивым он не был, вот и сегодня хохотнул и заявил с лютой ненавистью, неизменно меня удивлявшей:
- Тебе осталось две недели. Слышишь, сука? Я закрыла глаза, потерла переносицу, ожидая, что он скажет еще.
- Две недели, - повторил он и повесил трубку.
Я прикурила новую сигарету и уставилась в пол, зябко ежась, с тоской думая о том, что уснуть уже не смогу, а это означало еще одну жуткую ночь и беспросветное одиночество.
- Сукин ты сын! - бросила я в сердцах, глядя на телефон, по-настоящему не испытывая к своему мучителю никакой ненависти. Нет, я рада, что хоть кто-то в этом городе еще ждет его и считает дни.

Затушила сигарету, подошла к стене и коснулась пальцами лица на фотографии. - Я люблю тебя, - проронила жалобно. Господи, кому это интересно... - Я люблю тебя, - повторила уже тише и, конечно, заревела. А что я еще могу?
Сползла на пол, вытянула ноги и сжала ладонями виски. Последнее время это повторялось из ночи в ночь - сидение в углу, раскачивание из стороны в сторону и безуспешные попытки найти ответ: что же произошло тогда, пять лет назад? И сегодня, проделав все это, я завела привычную песню - глядя на фотографию, спросила жалобно:
- Как ты мог поверить, что я тебя предала?
Лицо с фотографии насмешливо улыбалось. Ладно, через две недели я получу ответ. Этот тип, кто бы он ни был, прав: осталось две недели.
Звонки начались год назад, второго июня. Уже несколько лет второе июня было самым страшным днем в моей жизни, и ничего хорошего я от этого дня не ожидала, и вдруг поздний звонок. Тогда впервые я услышала голос моего ночного мучителя.
- Через год он вернется, - с усмешкой напомнили мне тогда. - Тебе остался год, сука. Слышишь?
Потом он стал звонить каждое второе число, отсчитывая месяцы, потом звонки стали чаще: он считал недели.
Я тоже их считала: годы, месяцы, недели и дни. Их было так много, одинаково серых, тоскливых, без проблеска надежды.
- Ты не должен был верить... - в пустоту проронила я. Не должен? Кому, чему? О господи!..
Я прошла в кухню, достала коньяк из шкафчика, торопливо налила чуть меньше



Назад