3df4ac0f     

Полякова Татьяна - Миллионерша Желает Познакомиться



МИЛЛИОНЕРША ЖЕЛАЕТ ПОЗНАКОМИТЬСЯ
Татьяна ПОЛЯКОВА
- Простите, - робко начала я, - это ограбление?
Вопрос мой адресовался здоровенному парню в маске, который энергично размахивал железкой, подозрительно напоминающей пистолет. Видно было, что парень здорово нервничает. Он орал "Всем на пол", и этим криком вывел меня из глубокой задумчивости, в которой я пребывала с утра.

Спросила я скорее по привычке (я люблю задавать вопросы, потому что от природы любопытна), а еще из вполне понятного желания быть в курсе происходящего. Потому что если это ограбление, я в общем-то ничего против не имею: в кошельке у меня 100 руб.

55 коп. и я согласна пожертвовать ими, лишь бы парни не волновались из украшений на мне кожаный браслет, между прочим дорогой и мне он нравится, лишаться его я не планировала, но вряд ли парни позарятся на такую грумзу. В общем, если это ограбление, мое дело тихо-мирно сидеть в уголке, то есть теперь лежать на полу, дождаться, когда грабители смоются и продолжить размышления о жизни, которая, кстати, в последнее время не очень-то радовала. Если же парни, не приведи Господи, террористы, тогда придется настраивать себя на испытания, а мне это, по понятным причинам, не хотелось, испытания я не очень жалую, а сейчас они и вовсе не кстати.
Короче, задавая этот вопрос мягко, вежливо, со свойственной мне интеллигентностью, я хотела только определиться.
- Заткнись, - рявкнул здоровяк, схватил меня за шиворот и толкнул на пол, где я и распласталась, прошипев "придурок", правда прошипев еле слышно, осмотрительно понизив голос и отвернувшись.
Террористы", - с тоской подумала я, потому что ничего хорошего от жизни не ждала. И даже не испытывала особого удивления, в очередной раз умудрившись попасть в историю. Для меня это дело обычное: бутерброд всегда падает маслом вниз, автобус ускользает из-под носа, вылет самолета задерживается, паспорт теряется, каблуки ломаются, а жулики в толпе безошибочно находят меня, чтобы свистнуть кошелек из сумки.
Другая бы на моем месте загрустила, решив, что это пожизненный крест, но я была оптимисткой и верила, что однажды мне повезет по-крупному, иначе выходит, что в мире нет справедливости, а с этим я согласиться никак не могла.
В общем, я лежала на полу, томно вздыхала и поторапливала провидение, мол, хватит испытаний, пора переходить к тотальному везению, я, конечно, не против еще немного потерпеть, но террористы это, пожалуй, слишком.
Чтобы отвлечь себя от этих мыслей (с провидением шутить не стоило), я принялась вспоминать события этого дня, пытаясь определить, является ли он чем-то особенным или ничего, день как день, и закончится вполне мирно. Не хотелось бы думать, что день этот последний, хотя парни в масках свирепствовали вовсю, то есть орали и грозили всех перестрелять. "Ничего, ничего, - утешала я себя, - все как-нибудь образуется".
Утром у меня перегорел электрический чайник, дело обычное, потом я поехала к Светке, приткнула машину возле подъезда на пригорке, забыв поставить ее на ручник, а она возьми да и покатись, передним колесом влетев в канализационный колодец, люк которого был открыт. Это событие я восприняла как должное, такое и раньше случалось. После того, как машину удалось вытолкать усилиями пришедших мне на помощь граждан мужского пола, выяснилось, что ее придется отправлять в ремонт было обидно и совершенно непонятно: с какой стати? Слово "подвеска" вызывало у меня стойкие ассоциации с "Тремя мушкетерами" и потому воспринималось несусветной глупостью, но толстый дядька, к



Назад