3df4ac0f     

Полякова Татьяна - Как Бы Не Так



КАК БЫ НЕ ТАК!
Полякова ТАТЬЯНА
У Марка Твена есть рассказ: забавная такая рождественская история - как один врач помог больному бродячему псу. На следующий день пес вернулся к дому врача, но не один: привел с собой другого пса, тоже больного. Врач умилился собачьей дружбе и второго пса тоже вылечил.

Через день возле дома сидели уже три собачки: врач больше не умилялся, но лечил. Так продолжалось довольно долго: собаки все прибывали, а врач тихо сатанел. В один прекрасный день он взял ружье и перестрелял всю собачью компанию, явившуюся к дверям его дома.

Мораль: доброе дело никогда не остается безнаказанным.
Я вспомнила эту историю, потому что нечто подобное произошло со мной: я тоже имела глупость сделать доброе дело. Строго говоря, это не было добрым делом в том смысле, которое обычно вкладывают в данное словосочетание: вообще-то я выполняла свой долг, так мне тогда казалось. Мне и сейчас так кажется, несмотря да то, что последовало за этим.
Я, как и герой Марка Твена, по профессии врач, хирург, работала в областной больнице. В ту ночь я уже давно закончила дежурство, но домой не поехала. Обстоятельства сложились так, что пришлось задержаться, причем надолго.
Дежурство выдалось хлопотное, я едва стояла на ногах и мечтала о том, как приду домой, встану под теплый душ, а потом завалюсь спать. На сутки, не меньше. Конечно, целые сутки мне ни за что не проспать, сплю я вообще мало, но мысль об отдыхе в тот момент согревала душу.
Я выпила стакан крепкого чая и перевела взгляд на часы, они показывали половину седьмого.
- Кто-нибудь займется этими проклятыми часами? - нахмурившись, задала я вопрос, разумеется, риторический. В ординаторской нас было трое: я, моя подруга Наташка, тоже врач, именно благодаря ей в ту ночь я все еще мыкалась в больнице, и медбрат Володя, которого в отделении уже лет пять звали просто Брат.
- Батарейки летят, менять не успеваю, - ответил Володя. Мужчина он крупный, медлительный и веселый. - Были часы механические, кому помешали? А эти... - он презрительно махнул рукой.
Пошарив на столе, под ворохом бумаг, я обнаружила свои часы, взглянула на циферблат и присвистнула:
- Пора отчаливать.
Наташка слабо шевельнулась в кресле.
- Может, поспишь часок здесь, а потом поедешь?
- Нет уж, - заявила я. - О спокойном сне в этом заведении мечтать не приходится, а добраться до родного жилья я способна на автопилоте.
- Выспись как следует, - проявила заботу подружка, я согласно кивнула и направилась к двери. Наталья побрела за мной.
- Ты в воскресенье за Панькова дежуришь, - сообщила она. - Помнишь? - Я вздохнула. Конечно, я помнила, как и то, что сегодня пятница, точнее, уже суббота, потому отдохнуть, как задумала, опять не удастся.
Мы покинули отделение и через приемный покой вышли из больницы. Было темно, ветрено и оттого неприютно. Наташка поежилась:
- Темень какая, хоть глаз выколи. Давай, до воскресенья...
Мы расцеловались, я направилась к стоянке, где была моя машина, а Наталья осталась возле освещенного подъезда, ждать, когда я отъеду и махну рукой на прощание. Года три назад на этой самой стоянке пытались ограбить нашего главврача, с тех пор весь персонал больницы испытывает обоснованные опасения, и мы привыкли провожать друг друга.
Сейчас здесь стояло всего три машины: мой "жигуленок", "Запорожец" медбрата и шикарная "Ауди" Вовки Звягинцева из гинекологии. Поговаривали, что ему досталась богатая невеста. Везет же людям, мне вот достаются только тяжелые больные.
Я отперла машину, в душе надеясь, что о



Назад