3df4ac0f     

Поликарпов Михаил - Жертвоприношение, Откуда У Парня Сербская Грусть



Михаил Поликарпов
Жертвоприношение. Откуда у парня сербская грусть?
(Солдаты третьей мировой. Воины павшей империи. Старые русские.)
Русским добровольцам, павшим в 1992-1995 годах в Боснии, в боях за
Сербию и Россию, посвящается.
СОДЕРЖАНИЕ:
Черный пролог ......................
Глава 1. Путь в Боснию...............
Глава 2. Воздух войны. Крещение.......
Глава 3. Как начиналась Третья Мировая. Палачи из цивилизованного мира.
Глава 4. Рождение воина. Как пишутся книги.
Глава 5. Вишеградская хроника. Марш на Дрину. "Царские волки".
Глава 6. Вишеград. Казаки.............
Глава 7. Холодный мир................
Глава 8. "Царские волки" на тропе войны...
Глава 9. Игры патриотов..........
Глава 10. Еще один выстрел в Сараево...
Глава 11. Развязка......................
Глава 12. "Белые волки"................
Эпилог.................................
Приложение (фото, карты)..............
Обложка книги
"Нет памяти о прежнем; да и о том, что будет,
не останется памяти у тех, которые будут после."(Еккл.1,11)
ПРОЛОГ. (1996 г.).
Черная Пятница. 13 декабря 1996 года. Кто сказал, что это плохой день?
Нам всем, правда, грозили массовым освобождением всяких там преступников из
СИЗО в этот день "холодной зимы", но пока она была на редкость теплой...
Я бросаю взгляд на часы. На одной из станций московского Метрополитена
была назначена встреча двух людей, мы должны узнать друг друга по одежде и
приметам. Поток людей как отлив и прилив, все спешат домой. Он выныривает из
очередной волны, ощупывая меня взглядом. Я тоже успеваю заметить его до
того, как он ко мне подошел.
- Михаил, - представляется он.
- Михаил, - отвечаю я и пожимаю протянутую руку.
Мы вышли. Моего собеседника и попутчика за несколько минут до этого
остановили милиционеры и проверили документы. Молодой самоуверенный
милиционер пролистал страницы паспорта, посмотрев штампы виз,
поинтересовался-проконстатировал: "Вы были во Франции?" Зачем ему это?
Ладно, но мы дожили, что патрули - чуть ли не блок-посты - стоят в столице.
Проверяют нас... (*Не так давно молодой жгучий брюнет, работающий на моем
факультете был также остановлен милицией. Случайно у него не оказалось
документов. Парень безуспешно пытался доказать, что он всего лишь еврей.
"Молчи, чеченская морда!" - заткнули его милиционеры, воспитывая дубинками.)
Мы зашли в магазин купить чего-нибудь к чаю и оказались в крикливой
тесноте прилавков. Взгляд скользнул по обилию разноцветных упаковок,
невольно уперся в надпись на стене холодильного "аквариума" - INGMAN. Я
киваю на него: "Миша, напоминает ли тебе это что-то? Вспоминаешь?"
" INGMAN," - прочитал он, на секунду задумался, переменился в лице
- "Ну, конечно же, Игман..."
Так называется горная гряда к юго-западу от Сараева, ключ к городу,
место ожесточенных боев между сербами и мусульманами за контроль над
единственным путем, связывавшим Сараево с внешним миром. Слово, по которому
равнодушно скользят глаза столичных обывателей, для нас пахнет пороховой
гарью, взрывается в мозгу грохотом пулеметов и разрывом НАТОвских авиабомб.
В памяти встают стоны раненых, их белые как снег от шока и потери крови
лица. Разрезанные буквально на куски четыре сербские девушки-медсестры -
пропущенные ооновцами через свои позиции, мусульманские "коммандос"
повеселились от души. (*Подробнее в главе No11) Мое тело невольно сжимается
в комок, мышцы рефлекторно сжимаются пружиной, словно перед броском через
простреливаемое снайперами пространство...
Вот уже



Назад